Результаты исследования нестандартной занятости по итогам опроса экономически активного населения Свердловской области*

(с) Татьяна Александровна Камарова, 2016

старший преподаватель кафедры экономики труда и управления персоналом ФБГОУ ВО «УрГЭУ», г. Екатеринбург, Россия

Аннотация. В статье представлены итоги исследования, целью которого является изучение распространения нестандартной занятости в Свердловской области среди экономически активного населения. Программа исследовательского проекта подготовлена с помощью метода социологического исследования – анкетного опроса экономически активного населения Свердловской области. Представлены результаты оценки распространения отдельных видов нестандартной занятости на территории Свердловской области. Результаты работы могут найти практическое применение в совершенствовании государственного регулирования нестандартных форм социально-трудовых отношений на рынке труда.

Ключевые слова: нестандартная занятость, нестандартные социально-трудовые отношения, рынок труда, экономически-активное население.

* Исследование выполнено при финансовой поддержке РГНФ в рамках научного проекта № 14-12-66003.

В настоящей статье представлены итоги исследования, выполненного при поддержке Российского гуманитарного научного фонда, цель которого: изучить уровень распространения нестандартной занятости на региональном рынке труда среди экономически активного населения в Свердловской области, так же выявить наиболее характерные виды этой занятости.

Под нестандартной занятостью [1] принято понимать формы занятости, отклоняющиеся от описанных в Трудовом кодексе РФ стандартных условий для конкретного вида труда. Это занятость с отсутствием хотя бы одной из следующих составляющих [2]:

1) работа у одного работодателя;

2) рабочее место в помещении и с орудиями труда, принадлежащими работодателю;

3) стандартная продолжительность рабочей недели, предусмотренная ТК РФ;

4) бессрочный трудовой договор;

5) наличие формального трудового договора.

В настоящем исследовании в качестве основного инструмента был использован массовый социологический анкетный опрос экономически активного населения Свердловской области, опрос проводился в течение 2015 года. Общий объем выборочной совокупности составил 1 500 человек, которые является экономически активным населением Свердловской области. Опрос проводился на 9 территориях области: муниципальное образование «город Екатеринбург», городской округ Первоуральск, городской округ Сухой Лог, городской округ Краснотурьинск, Серовский городской округ, Новоуральский городской округ, Североуральский городской округ, городской округ Красноуфимск, муниципальное образование Камышловский муниципальный район. По Екатеринбургу было опрошено 700 чел., по малым городам — 800 чел. (по 100 чел. на один город). На долю Екатеринбурга приходится 47% ответов, на долю малых городов — 53%. В структуре респондентов 94% составила доля работающего населения, 6% приходится на долю населения не имеющего работы, но занимающейся ее поиском. В 2015 году доля безработных по данным официальной статистики в составе экономически активного населения выросла по сравнению с 2014 г. незначительно, и составила 6,5% [3], поэтому выборка была признана репрезентативной. Возрастной ценз по отношению к опрашиваемым: от 15 до 72 лет. Основную долю опрошенных составили граждане в возрасте: от 19 до 29 лет (39,1%); от 30–49 лет (45,2%); 50–54 лет (7,3%).

Ниже представлена социальная структура респондентов (табл. 1).

 

Таким образом, при проведении социологического исследования были опрошены все социальные группы населения Свердловской области по признаку категория персонала. Структура по сферам занятости респондентов представлена в таблице 2.

По численности организации основного места работы респонденты распределились следующим образом (табл. 3)

Дополнительная занятость в основном осуществляется в малых и микро организациях, численностью менее 15 человек (36%). (табл. 4)

Общий уровень нестандартной занятости по Свердловской области составил 21,7%.

 

В Свердловской области достаточно высок уровень дополнительной занятости, совместительства (10,1%), хотя преобладает занятость у одного работодателя (85,9%), см. табл. 5.

В качестве основного способа оформления трудового договора превалирует стандарт с записью в трудовую книжку (90%) (табл. 6).

Под «другим» способом оформления трудовых отношений респондентами назывался «Контракт». Невысокий процент применения договоров гражданско-правового характера. По территориям Свердловской области показатель стандартного оформления трудовых договоров варьируется в пределах 78–99%.

Ранжирование территорий применения неформальной занятости показало, что на первом месте находится Екатеринбург, за ним следует Красноуфимск и Среднеуральск, в наименьшей степени неформальная занятость распространена в Новоуральске (закрытый город). В среднем уровень неформальной занятости составил 4,5%.

В Свердловской области выявлен достаточно высокий уровень дополнительной занятости с учетом внутреннего совместительства, легитимность трудовых отношений в данном секторе рынка труда значительно ниже, уровень общей неформальной занятости составил 26,7%, а уровень неформальной занятости по найму — 15,4% (см. табл. 7).

Дополнительная занятость в основном реализуется в малом бизнесе, где нет постоянной нагрузки по отдельным функциям на полный рабочий день, часто работники заняты у индивидуальных предпринимателей. Сопоставительный анализ формы заключения трудовых отношений на основной и дополнительной работе позволил сделать вывод: на дополнительной работе процент заключения трудового договора с записью в трудовую книжку значительно ниже, чем на основной работе (более, чем в 2 раза).
Доля граждан, работающих без записи в трудовую книжку, превышает аналогичный показатель данных занятости по основной работе  почти в 9 раз.  В структуре дополнительной занятости высок процент выполнения трудовых функций на условиях гражданско-правовых договоров (10,2%), что выше уровня такого же показателя по основной работе в 17 раз (табл. 8).

Первое место по срокам оформления трудовых договоров занимают стандартные бессрочные договора (85,% по области); второе место — краткосрочные договора, сроком на 1 год (5,5%). Последние места занимают договора на «Временный до 2 месяцев» и «На сезон до 6 месяцев» (0,6% и 0,3% соответственно). Таким образом уровень краткосрочной занятости (сроком на 1 год и менее) составил 6,4%.

На дополнительной работе уровень стандартных бессрочных договоров значительно ниже, на 32,1%, и составил 53,4%. Второе и третье места занимают договора «Сроком на 1 год» и «Сроком от 3 до 5 лет» (29,7% и 10,2% соответственно) (табл. 9).

Группировка ответов респондентов на вопрос «Укажите продолжительность рабочей недели на основной работе» позволила определить уровень малозанятости и сверхзанятости, которые составили 4% и 12,8%. Если к малозанятости отнести еще группу занятого населения, работающего по сокращенной рабочей неделе, установленной по Трудовому кодексу для соответствующего возраста и профессии, то показатель малозанятости достигает уровня 11%.

На дополнительной работе режим труда в основном заключается в работе по нескольку дней в неделю (71%). Продолжительность рабочей недели на дополнительной работе в основном характеризуется занятостью в размере до 10 часов в неделю (66,8%) (табл. 10). Уровень дополнительной занятости в регионе составил 10,1%. Поэтому показатель сверхзанятости будет не 12,8%, как было отмечено ранее, а выше — 22,9%.

По городам уровень гибкой занятости, когда работник самостоятельно регулирует свой режим труда, варьируется

от 2 до 13% (табл. 11).

Уровни нестандартной занятости на основе самоопределения респондентов (в среднем по области составили: самозанятость — 2,7%; фриланс — 0,3%; неполная — 2,2%; сверхзанятость — 8,8%; удаленная (смартстаффинг) — 0,8%; надомная — 0,1%; дистанционная — 0,1%. В областных городах стандартная занятость применяется чаще, чем в Екатеринбурге, чаще распространена случайная, разовая работа и фрилас. Менее всего распространены фриланс, надомная и дистанционная форма социально-трудо-вых отношений. Отметим, что сами респонденты не всегда точно дают оценку своего типа занятости, например, часто люди, работающие более 40 часов в неделю отмечают, что у них стандартная занятость. По нашему мнению, подкрепленному результатами общения с респондентами, такой факт связан с логикой «работаю как все», значит это стандарт (табл. 12).

Таким образом, гипотеза исследования о преобладании стандартной занятости подтвердилась, она составила 83,3% в среднем по области. Однако современная модель занятости резко отличается от распространенного 15–20 лет назад стереотипа «хорошей работы», сложившегося еще в советский период. Когда гражданин был защищен трудовым законодательством, имел гарантии «полной занятости» и достойный социальный пакет, при этом заработная плата могла быть невысокой, но всегда стабильной, а требования охраны труда соблюдались неукоснительно.

Появились новые формы: фриланс, дистанционный труд, смартстаффинг. Особенно высок уровень нестандартной занятости по дополнительному месту работы (табл. 13). Здесь на первые места выходят такие формы, как: «Случайная, разовая работа» (18,1%); «Неполная (сокращенный день или неделя) занятость» (18,1%); «Самозанятость (предприниматель, оказываю услуги населению)» (12,8%). Уровень занятости по фрилансу превышает аналогичный показатель по основному месту работы в 33 раза, дистанционной — в 34 раза.

Оценка общего показателя степени удовлетворенности работников своей занятостью, показала, что только 56% работающего населения однозначно довольны своей работы (табл. 14). Если к ним приплюсовать долю граждан скорее довольных своей занятостью, то значение показателя вырастет и составит 87%.

В качестве причин неудовлетворенности занятостью чаще всего отмечают причины экономического характера, связанные с размером заработной платы 34,7% (табл. 15). Считаем, что это основной фактор наличия достаточно высокого уровня дополнительной занятости. Указать можно было несколько причин, поэтому сумма по структуре

не равна 100%.

На втором и третьем месте по распространенности причин неудовлетворенности работой стоят: «сверхзанятость» (25,9%) и график работы (10,5%). Отметим еще раз, что респонденты, реально работающие с высокой нагрузкой, часто указывали, что они работают стандартно. То есть трудовые договора формально стандартные, а реально нагрузка выше зафиксированной в трудовом договоре.

По нашим оценкам на 13%.

В среднем по области 21% от занятых граждан занимаются поиском работы. 52% занимаются поиском основной работы, что говорит о высоком уровне неудовлетворенности трудом, 33% ищут дополнительную работу, порядка 14% хотели бы в идеале работать сами на себя. В настоящее время в среднем по области приработок имеют 22% от работающего населения региона, в областных городах возможность получения дополнительного заработка имеет меньшее количество респондентов, их доля ниже аналогичного Екатеринбургского показателя на 6 процентных пункта. За последние полгода приработок имели 26% от занятого населения Свердловской области, его структура представлена в таблице 16.

Первое место в перечне способа приработка занимает гонорар, затем идут услуги по ремонту, частный извоз, тренинги (репетиторство, преподавание), сетевой маркетинг и шитье.

На вопрос об идеальной работе затруднились ответить только 2,2% респондентов, 6,8% предпочитают самостоятельно регулировать свою занятость. Оставшаяся значительная часть опрошенных в основном предпочитает работать меньше, чем полагается по стандарту (менее 40 часов в неделю).

Так, работать 4 дня в неделю хотели бы 16,3%; второй по популярности ответ после стандартной продолжительности смены по 8 часов (67,2%) занимает продолжительность в размере 7 часов (14,5%). На территории работодателя предпочитает работать 90% опрошенных, однако 6% хотели бы работать дома, а 4% отметили нестандартную занятость.

17% респондентов в идеале работали бы посменно.

В качестве негативного фактора отметим высокую готовность населения работать без формального заключения договоров. В среднем по области готовы работать на указанных условиях 7,8% занятого населения, еще 28% согласились бы на неформальную занятость при условии высокого заработка.

Таким образом, потенциальная готовность работать по гибкому режиму труда и отдыха достаточно высока, иными словами зафиксирована высокая готовность к нестандартным социально-трудовым отношениям.

Уровень готовности к нестандартной занятости в группе работающих граждан составил следующие значения:

  • малозанятость — 19,3%;

  • сверхзанятость — 0,5%;

  • работа не на территории работодателя (дома; другое) — 9,8%;

  • гибкий график (нестандартный режим труда и самостоятельное регулирование режима труда) — 13,4 %;

  • неформальная занятость — 7,8%.

 

Результаты исследования показали общий уровень нестандартной занятости населения Свердловской области и уровень распространенности нестандартных социально-трудовых отношений по их видам. Так же были систематизированы причины неудовлетворенности занятостью, определена эффективность нестандартных форм занятости с точки зрения удовлетворенности работающего населения указанными формами. Выявлена тенденция потенциального отношения населения к участию в нестандартных социально-трудовых отношениях.

Библиографический список

1. «О занятости населения в Российской Федерации» Закон Российской Федерации: федер. закон от 19.04.1991 г. N 1032-1 (в ред. Федерального закона от 20.04.1996 г. № 36-ФЗ, с изм. от 02.06.2013 г., действующая с 01.092013 г.). Гл. 1. Ст. 1.

2. Гимпельсон В., Капелюшников Р. Нестандартная занятость и российский рынок труда. М.: ГУ ВШЭ, 2005. 36 с.

3. Федеральная служба государственной статистики [Электронный ресурс]. URL: http://sverdl.gks.ru/wps/wcm/connect/rosstat_ts/sverdl/ru/statistics/employment/ (дата обращения: 12.09.2016).

 

© Научно-популярный журнал Метеор-Сити, 2015-2018.

Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77-63802 от 27.11.15 

ISSN 2500-2422

  • вк+.png
  • Twitter Social Icon
  • Facebook Social Icon
  • YouTube Social  Icon
  • Google+ Social Icon
This site was designed with the
.com
website builder. Create your website today.
Start Now