Принципы составления 

«Словаря языка “Героя нашего времени”»

Шипулина Галина Ивановна

кандидат филологических наук, доцент кафедры Общего и русского языкознания Бакинского славянского университета, г. Баку, Азербайджан

 

Аннотация. Авторская лексикография на современном этапе — одно из самых перспективных направлений лингвистики. Статья посвящена выработанным в процессе работы над семитомным «Словарем языка Есенина» и примененным к созданию «Словаря языка “Героя нашего времени”» принципам составления авторского словаря. Показаны принципиальные возможности использования приемов и методов лексикографического описания языковых особенностей романа М.Ю. Лермонтова «Герой нашего времени». Основные принципы построения Словаря — тезаурусный подход; двухчастная форма – сам Словарь и четыре Приложения к нему; частотная характеристика каждой анализируемой единицы, указание на стилистическую и грамматическую маркированность лексем. Описываются принципы лексико-семантического и частотного анализа основных приемов и методов создания двухтомного «Словаря языка “Героя нашего времени”».

 

Ключевые слова: авторская лексикография, тезаурус, словарная статья, частотность, заголовочная единица, алфавитный и частотный словники, словники частеречной принадлежности, стилистической и грамматической маркированности лексем.

Современный этап развития лингвистической науки характеризуется как ярко выраженной теоретической направленностью, так и практическим решением многих прикладных проблем. Одним из наиболее активно развивающихся в последние десятилетия направлений является авторская лексикография — «теория и практика составления словарей языка отдельных авторов или групп авторов, а также изучение таких словарей и выявление возможностей их использования» [5, с. 16], в которой, на наш взгляд, наиболее полно сливаются теория и практика лингвистического исследования: описание авторского идиолекта предполагает выработку определенных приемов и методов, позволяющих, путем анализа каждой конкретной лексемы, дать максимально полную характеристику лексикона отдельного автора или его произведения.

 

Опыт создания семитомного «Словаря языка Есенина» (2012–2015; первые пять томов — язык поэзии, последние два тома — язык художественной прозы) [6] позволил не только отобрать лучшие приемы и методы описания авторского лексикона, но и выработать, как нам представляется, общие принципы создания авторского словаря-тезауруса, включающего описание всех, без единого исключения, лексем, составляющих авторский текст всего творчества, или произведений определенного жанра, или отдельного произведения любого конкретного автора.

Нами подготовлен к печати двухтомный «Словарь языка “Героя нашего времени”», в котором описана вся лексика романа — 6072 единицы (более 1700 компьют. стр.). Роман М.Ю. Лермонтова — одно из лучших произведений русской классической литературы, поэтому вполне естествен и необходим не просто интерес к его языку, а его максимально полное лексикографическое описание.

В настоящее время существует лишь «Частотный словарь языка Лермонтова» как приложение в Лермонтовской энциклопедии [2].

Реферируемый в статье «Словарь» состоит из двух частей: (I) собственно Словаря, в котором в алфавитном порядке представлены все единицы, отобранные методом сплошной выборки, и (II) Приложения, включающего четыре Словника. Предлагаемая форма авторского словаря, впервые использованная при создании «Словаря языка Есенина», отмечалась рецензентами как оптимальный принцип лексикографирования литературного произведения.

 

I. Сам «Словарь языка «Героя нашего времени» представляет собой полный толково-стилистический объяснительный тезаурус алфавитного типа с частотной характеристикой всех анализируемых лексем. В основе построения анализируемого Словаря лежит тезис Л.В. Щербы: «…словари писателей должны быть сделаны по типу thesaurus, так как <...>, только располагая всей полнотой цитации, можно строить какие-либо предположения и выводы»

[7, с. 286].

Идея тезауруса в наибольшей степени применима именно к авторским словарям, имеющим дело с законченными текстами. Говоря о характерной особенности тезаурусов, ученый отмечает, что «в них приводятся все решительно слова, встретившиеся в данном языке хотя бы один раз <…>, и что под каждым словом приводятся решительно все цитаты из имеющихся на данном языке текстов» [7, с. 281].

Именно этот принцип стал концептуальной основой «Словаря языка «Героя нашего времени»: в нем описаны слова всех частей речи, включая производные наречия со всеми их значениями (без отсылки к соответствующим прилагательным, как обычно принято в толковых словарях), междометия, причастия, деепричастия и вводные слова. Все они образуют самостоятельные словарные статьи.

 

Исходя из анализа типологии авторских словарей [5, с. 55–58], мы определяем наш Словарь как лингвистический, монографический, регистрирующий, многопараметровый, полный словарь авторского языка, со словом (реже — словосочетанием) в качестве основной заголовочной единицы, алфавитный, одноязычный, исторический (словарь языка писателя первой половины XIX в.), научно-описательный, книгопечатный (параллельно подготовлена электронная версия Словаря, отличающаяся лишь количеством иллюстративных примеров).

В основу определения всех лексем, образующих Словарь, положены, как это принято в авторской лексикографии, данные наиболее авторитетных толковых словарей русского языка, которые приводят значения большинства общеупотребительных слов [3; 4]. Определенная часть значений слов и словосочетаний, использованных М.Ю. Лермонтовым в романе, полностью совпадает со значениями, указанными в этих словарях, поэтому совпадают и их дефиниции. Необходимо отметить, что самый большой (из доступных нам) академический словарь русского языка [3] очень часто в качестве иллюстраций при определении значений использует примеры из романа М.Ю. Лермонтова. К сожалению, остальные толковые словари [4] нечасто обращаются к лермонтовскому тексту.

 

Частотный анализ языка романа показал удивительную картину: из общего количества — 6072 лексем — 2995 (т.е. почти 50%) употреблены по одному разу; 1002 лексемы — дважды, что в целом составляет чуть менее 66% лексикона романа. Преобладание одно-, двукратно употребленных лексем свидетельствует о богатстве словарного запаса автора, позволяющего, не повторяясь, использовать все новые слова.

 

Безусловно, наибольший интерес для лексикографирования представляют те лексемы, значение которых лишь частично совпадает с определениями толковых словарей, или вовсе отсутствует в них. Однако в романе такие случаи единичны. Следует отметить значительное количество заимствований, многие из которых, по нашим предположениям, впервые использованы М.Ю. Лермонтовым в художественном произведении. Все они получили в Словаре этимологическое толкование. Это тоже принципиальное отличие нашего словаря от других авторских словарей. Количество устаревших слов, как показал анализ, невелико (198 лексем, ≈ 3,5 %), а об окказионализмах говорить вообще не приходится — нами выделено всего два: белопарусник и сладостно-усыпительный. Это свидетельство удивительной чистоты и точности литературного языка писателя.

 

В Словарь включены словарные статьи, количество которых соответствует общему числу анализируемых лексем — 6072. Они дают характеристику слова (словосочетания) с количественной и качественной сторон.

Словарные статьи располагаются в алфавитном порядке. После каждой буквы алфавита, предваряющей список начинающихся с нее лексем, в скобках указано общее количество словарных единиц на эту букву. Это количество различно: минимальное число словарных статей на буквы Ю (9), Э и Я (по 22),

Ц (21), максимальное — на буквы П (1171), С (622), В (468). Сами словарные статьи также различаются объемом, который зависит от реального языкового материала.

 

Словарная статья включает: заголовок, частотность употребления слова, грамматические и стилистические пометы, все выделенные значения слова и примеры, иллюстрирующие каждое значение.

 

В качестве заголовочных слов выступают имена (существительное, прилагательное, числительное), местоимения, глаголы в форме инфинитива, причастия и неизменяемые слова (деепричастие, наречие, предлог, союз, частица, междометие, вводное слово). Каждое слово, образующее словарную статью, определяется само по себе, без системы отсылок к другим словам (значение глагола одного вида не определяется через другой вид, что распространено в обычных толковых словарях, значение наречия не соотносится с мотивирующим прилагательным).

В качестве самостоятельных статей выделяются причастия и деепричастия: несмотря на их отсылку к мотивирующему глаголу, дефиниции устанавливаются в зависимости от контекста и не всегда совпадают со значением глагола. Наряду с полными страдательными причастиями самостоятельные словарные статьи образуют и краткие, которые встречаются в лермонтовских текстах так же часто, как и полные (то же в полной мере относится и к прилагательным — полным и кратким).

 

Язык романа подтверждает мнение о том, что в художественной литературе причастия и деепричастия более самостоятельны, чем в общелитературном языке [5, с. 73].

 

Как заголовочные единицы — по первому компоненту — выступают и билексемы, которые в целом нетипичны для языка романа: осетин-извозчик (2), сладостно-усыпительный (1), соловей-разбойник (1).

Отдельные словарные статьи образуют и словосочетания, устойчивый характер которых позволяет воспринимать их как самостоятельные единицы, обозначающие нерасчлененное понятие: Апоплексический удар (1), Ваше благородие (4), Здравия желаю (1), Эолова арфа (1) и др.

Достаточно широко представлены в Словаре омонимичные лексемы, относящиеся к одной или к разным частям речи: вон-1 (нареч.), вон-2 — част.; добро-1 (сущ.), добро-2 (нареч.); чай-1 (сущ.), чай-2 (вводн. сл.). Они снабжаются цифровыми указателями и разрабатываются в разных словарных статьях.

Большое место в романе М.Ю. Лермонтова занимают онимы, каждый из которых образует самостоятельную словарную статью и выступает как заголовочное слово. В романе выделяются следующие типы онимов: антропонимы (официальные фамилии, имена, отчества, разговорные и уменьшительно-ласкательные наименования и др.), зоонимы (клички животных); топонимы (названия стран, континентов, городов); хрематонимы (названия художественный произведений, песен и др.).

Частотность заголовочного слова дается в круглых скобках: степень употребительности каждой лексемы определялась путем подсчета всех словоупотреблений; при большом количестве иллюстраций на каждое значение многозначного слова приводилось несколько примеров, а остальные давались в зоне шифров (см. ниже) и затем суммировались в общей частотности лексемы.

 

После указания частотности в словарной статье отмечаются:

а) грамматические пометы (указание части речи и ее основных признаков: род, число для имени; вид, время, переходность для глагола). Особенности употребления слова, характерные для того или иного его значения, даются под знаком ǀ с указанием на эту особенность (безл., собир., в знач. какой части речи, степени сравнения и др.): ǀ в сравнит. степ.: Подарки подействовали только вполовину: она стала ласковее, доверчивее — да и только (Бэла; с. 27).

 

После примеров, имеющих грамматические пометы, под знаком ◊ помещаются устойчивые сочетания: афоризмы, крылатые фразы: ◊ плохо лежит что — о том, что легко можно украсть, присвоить: Помилуйте, да эти черкесы известный воровской народ: что плохо лежит, не могут не стянуть (Бэла; с. 41); ◊ лежать на сердце — быть предметом постоянных забот, тревоги, размышлений: Какая бы горесть ни лежала на сердце, какое бы беспокойство ни томило мысль, все в минуту рассеется (КМ; с. 87).

 

б) стилистические пометы традиционны для лексикографической практики: обл., разг., прост., устар., окказ., книжн., высок., спец. и др. Они чаще относятся не к слову в целом, а к одному из его значений; в этом случае частотность стилистических помет конкретного значения и слова в целом не совпадает. К числу стилистических помет добавлена одна помета малоросс. (в примерах из повести «Тамань»): Никуды (1) — нареч.: малорос.: никуда: ни в какое место, ни в каком направлении; Якой (1) — мест. вопросит.: малорос.: вопрос о качестве, свойстве чего-либо: Вдруг мой слепой заплакал, закричал, заохал: «Куды я ходив?.. Никуды не ходив… с узлом? Яким узлом?» (Тамань; с. 61).

 

Интересен факт наличия нескольких стилистических помет к одной лексеме: Ласкать (3) — перен., устар., поэт.: с удовольствием, отрадой предаваться какому-либо чувству, мысли; оберегать, лелеять что-либо: Я любил ласкать попеременно то мрачные, то радужные образы, которые рисовало мне беспокойное и жадное воображение (Фатал.; с. 151).

 

Толкования слов даются обычным шрифтом со строчной буквы. При наличии у лексемы нескольких значений они обозначаются строчными буквами русского алфавита с абзаца: сначала толкуются прямые значения, затем их оттенки. Смысловые оттенки значения обозначаются знаком ǀǀ: Ласкать — ǀǀ нежить, миловать — о влюбленных: Кроме того, что он половину дня проводил на охоте, его обращение стало холодно, ласкал он ее редко, и она заметно начинала сохнуть (Бэла; с. 37).

 

При наличии соответствующих примеров в словарных статьях выделяются еще три группы значений в рубриках: перен., метафора, в сравнении: Наслаждение (7) — имя сущ. ср. р.: высшая степень удовольствия: перен.: Не имея, как они, ни надежды, ни даже того неопределенного, хотя истинного наслаждения, которое встречает душа во всякой борьбе с людьми или с судьбою (Фатал.; с. 151); Огонь (12) — имя сущ. м. р.: раскаленные светящиеся газы вокруг горящего предмета; пламя: метафора: Конечно, они приготовляют, располагают ее сердце к принятию священного огня — а все-таки первое прикосновение решает дело

(КМ; с. 105); в сравнении: Любовь, как огонь, — без пищи гаснет (КМ; с. 111).

Нередки случаи наличия у слова больше одного переносного значения: Рисоватьперен.: 1) изображать, описывать в словесной форме: Ему просто было весело рисовать современного человека, каким он его понимает, и, к его и вашему несчастью, слишком часто встречал (Пред.; с. 8); 2) мысленно представлять в каких-либо образах, формах: Я любил ласкать попеременно то мрачные, то радужные образы, которые рисовало мне беспокойное и жадное воображение (Фатал.; с. 151).

 

Особенностью языка романа следует считать употребление одной лексемы одновременно в переносном значении и в сравнении: Нырнуть — перен. + в сравнении: Как птица нырнул он между ветвями (Бэла; с. 18); Уздени его отстали, — это было в сумерки, — он ехал задумчиво шагом, как вдруг Казбич, будто кошка, нырнул из-за куста, прыг сзади его на лошадь, ударом кинжала свалил его наземь, схватил поводья — и был таков (Бэла; с. 28).

В любом словаре особую роль играет иллюстративная зона (зона контекстов), предусматривающая обязательное контекстное сопровождение каждого выделяемого значения слова или его оттенка. При анализе авторских словарей неоднократно отмечалась роль цитаты не только для подтверждения каких-то признаков, входящих в художественное значение, но и для дополнения и углубления значения, которое не всегда можно передать в кратком толковании.

Иллюстративные примеры подаются следующим образом: все лермонтовские тексты даются курсивом, дополнительно полужирным шрифтом выделяется иллюстрируемая лексема. Орфография и пунктуация текста (за исключением явных типографских ошибок) соответствуют тексту романа [1, с. 7-158].

 

В иллюстративной зоне обязательной является зона шифров, сопровождающая каждый контекст: в круглых скобках указывается название повестей, образующих роман, в полном или сокращенном виде (список сокращений приводится в начале словаря: Пред. /Предисловие/, Бэла, ММ /Максим Максимыч/, Тамань, КМ /Княжна Мери/, Фатал. /Фаталист/) и ссылка на страницу источника. Дефиниции всех лексем, представленных в Словаре, фиксируют лишь те значения, которые проявляются в контекстах романа.

 

Понимая, что подбор иллюстраций в идеале должен быть максимально полным, мы, тем не менее, по техническим причинам, вынуждены сократить, за отдельными исключениями, приводимые контексты до 2–7 на каждое значение многозначного слова. Все остальные примеры приводятся в зоне шифров после слов, набранных курсивом полужирным шрифтом: а также: далее дается название каждой повести и перечисление всех страниц, на которых употреблена конкретная лексема.

Приводимые в Словаре иллюстрации, как правило, представляют собой часть предложения, достаточную для понимания смысла, в первую очередь, заголовочного слова (многие предложения в романе состоят из нескольких десятков слов). Сокращаемая часть текста заменяется многоточием в ломаных скобках.

 

II. Вторая часть Словаря — Приложения — представляется нам принципиально важной и абсолютно необходимой для авторского словаря. Это четыре вспомогательных указателя-словника, формирование которых определяется целевой установкой и типологическими характеристиками Словаря. Словники содержат перечень лексем из основного корпуса Словаря, упорядоченных по определенным критериям.

 

1. Алфавитный словник включает все представленные в основном корпусе Словаря слова и словосочетания, встречающиеся в романе, с указанием частеречной принадлежности и частотности лексем. Этот словник позволяет, без обращения к Словарю, установить наличие/отсутствие словарной статьи на конкретную лексему, ее частеречную и частотную характеристику. Алфавитный словник дает возможность, без лишней траты времени, подобрать слова любых лексико-семантических или тематических групп, слова с общими грамматическими и стилистическими признаками и т.д. для их дальнейшего описания.

 

2. Частотный словник — это перечень всех лексем, расположенных не в алфавитном порядке, а по степени убывания частоты использования — от максимально частотных лексем — местоимения Я (1765), союза И-1 (1298) до однократно использованных 2995 лексем. Лексемы с одинаковой частотностью располагаются в алфавитном порядке. Этот словник позволяет установить частотную характеристику слов одной части речи; выделить наиболее/наименее частотные лексемы в романе, группировать и анализировать их по конкретным критериям. С помощью частотного словника можно будет сравнивать (когда появятся аналогичные словари языка других авторов) частотность конкретных лексем, встречающихся в романе Лермонтова, с аналогичными лексемами у других писателей.

 

3. В словнике частеречной принадлежности лексем выделены подгруппы существительных (нарицательных и собственных), прилагательных; числительных; местоимений; глаголов; причастий; деепричастий; наречий; предлогов; союзов; частиц; междометий; вводных слов, словосочетаний. Для подгрупп знаменательных частей речи отмечены грамматические признаки лексем.

 

4. Словник стилистически и грамматически маркированных единиц — это расположенные в алфавитном порядке лексемы, имеющие грамматическую (собир., безл. и др.) или стилистическую (устар., разг., прост., обл. и др.) маркированность. Каждая лексема имеет соответствующую характкристику. При минимальной затрате усилий и времени словник позволит выделить все лексемы, имеющие одну из указанных помет. При каждой помете отмечается ее частотность применительно к конкретной языковой единице.

 

«Словарь языка «Героя нашего времени» —это не только первый опыт полного лексикографического описания языка лучшего прозаического произведения М.Ю. Лермонтова, но и научный справочник (особенно в области стилистически маркированной лексики), необходимый как специалисту-филологу, так и любому человеку, любящему русскую литературу. Хочется надеяться, что Словарь станет источником углубленного исследования языка одного из лучших русских классических романов.

 

 

 

Библиографический список

1. Лермонтов М.Ю. Герой нашего времени // М.Ю. Лермонтов. Собрание сочинений: в 4 т. Т. 4. Проза. Письма; под общ. ред. И.Л. Андронникова, Д.Д. Благого, Ю.Г. Оксмана; Подготовка текста и примечания В.А. Мануйлова. М.: Художественная литература. 1958, с. 7–158.

2. Частотный словарь языка М.Ю. Лермонтова // Лермонтовская энциклопедия; гл. ред. В.А. Мануйлов. М.: Сов. энциклопедия. 1981, с. 719-774.

3. Словарь современного русского литературного языка в 17 т. М.-Л.: Изд-во Академии наук СССР. 1950-1965.

4. Словарь русского языка в 4 т. / Изд. 2-е, испр. и дополн. М.: Русский язык, 1981-1984; Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. М.: Азъ, 1992; Ефремова Т.Ф. Толковый словарь словообразовательных единиц русского языка. М.: Русский язык, 1996.

5. Шестакова Л.Л. Русская авторская лексикография. Теория, история, современность. М.: Языки славянских культур, 2011. 464 с.

6. Шипулина Г.И. Частотно-семантический конкорданс служебных слов в поэзии Сергея Есенина. Вып. 1. Предлоги. 2012. 184 с.; Вып. 2. Союзы. Частицы. 2012. 288 с.; Словарь языка Есенина. Имя существительное. 2013, 588 с.; Глагол. 2013, 464 с.; Прилагательное. Числительное. Местоимение. Наречие. 2013, 556 с.; Словарь языка Есенина. Художественная проза. В 2-х т. Т. 1-й. А–О. 572 с.; Т. 2-й. П–Я. 516 с. / Научн. ред.: доктор филол. наук, ведущ. научн. сотр. Института русск. языка им. В.В. Виноградова РАН Л.Л. Шестакова. Баку: Мутарджим, 2015.

7. Щерба Л.В. Опыт общей теории лексикографии // Л.В. Щерба. Языковая система и речевая деятельность. Л.: Наука, 1974. с. 265–303.

© Научно-популярный журнал Метеор-Сити, 2015-2018.

Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77-63802 от 27.11.15 

ISSN 2500-2422

  • вк+.png
  • Twitter Social Icon
  • Facebook Social Icon
  • YouTube Social  Icon
  • Google+ Social Icon
This site was designed with the
.com
website builder. Create your website today.
Start Now